Russia: Kindness Delivered Door to Door




Home \| Elder Rights \| Health \| Pension Watch \| Rural Aging \| Armed Conflict \| Aging Watch at the UN

	SEARCH	SUBSCRIBE
			Mission \| Contact Us \| Internships \| Donate Now!

Тюмень: сколько стоит добро с доставкой на дом

Татьяна Соловьева, Аргументы и факты

Россия

2 октября 2006 г.

В редакцию «АиФ в Западной Сибири» позвонила 83-летняя тюменская пенсионерка Екатерина Григорьевна. Женщина одинока и нуждается в уходе, но работа городских надомных социальных работников ее не устраивает — нет душевного тепла и возможности пару часов поговорить за чашкой чая. «Я понимаю, они работу свою делают, за день должны посетить еще пятерых таких, как я. Пришли, продукты мне бросили и ушли», — жаловалась пенсионерка по телефону.

В поисках дешевого молока

Службе социального надомного обслуживания в Тюмени почти два десятка лет, о ее существовании знают, наверное, даже несмышленые дети. Корреспондент «АиФ в Западной Сибири» решила на себе испытать, что это такое — постоянная забота о чужих и немощных пенсионерах.

«Жалко мне Вас — натопаетесь ведь за целый день», — посочувствовал директор центра социального обслуживания «Вера» Владимир Шидин. Но препятствовать моему желанию не стал, после чего вместе с опытным соцработником Валентиной Бряк отправил меня помогать пенсионерам. У каждого на постоянном обслуживании находится 9–10 человек, по графику у нас сегодня — 4 посещения.

У Валентины Алексеевны с вечера (для экономии времени) в аптеке выкуплен пакет лекарств для подопечной, а на руках — список необходимых продуктов, который нужно купить и доставить, для чего мы в первую очередь отправляемся на рынок «Солнечный». Продуктовый набор, который заказывают социальному работнику пенсионеры стандартный и без фантазий: купить его можно в первом же попавшемся на пути киоске. Но не тут-то было! Старики- люди небогатые, поэтому для них приходится экономить каждую копейку.

«Вообще-то по договору мы не обязаны заниматься таким поиском, я это делаю чисто по-человечески», — объясняет мне Бряк. Благодаря ей я теперь точно знаю, в каких продуктовых ларьках «Солнечного» продают дешевое молоко и хлеб, а где колбасу и какая аптека самая демократичная в городе.

Валентина Алексеевна на рынке — постоянный клиент, с ней здороваются продавцы, которые давно в курсе, для кого покупаются продукты. Да и сама Бряк рыночный «этикет» за 5 лет работы наизусть выучила — держится всегда настороже, присматривает за кошельком с деньгами подопечных. Потому что не раз и деньги из кармана вытаскивали, и сумку резали.

Напишу письмо, почищу унитаз…

…Постепенно большая хозяйственная сумка начинает оттягивать руки, Валентина Алексеевна достает вторую и вручает ее мне, по пути методично успевая записывать, что сколько стоит — для отчета перед подопечными. Наполняем вторую авоську, после чего отправляемся в семью инвалидов Губкиных.

По дороге Валентина Алексеевна коротко рассказывает мне, что хозяйка дома Тамара Михайловна — бывший педагог, из-за болезни из дома практически не выходит, также как и ее 44-летний сын Александр — ему 18 лет назад поездом отрезало ногу. Бряк приходит к ним по понедельникам и четвергам.

Обо всех своих подопечных она знает практически все — даты рождений, жизненные проблемы дальних родственников, любимые занятия и вкусы: «Поначалу я приходила от них домой и плакала, сейчас к каждому привыкла, они ведь мне все как родные. Да и они уже не соглашаются на другого соцработника, знают мой телефон, звонят, если что-то нужно».

У Губкиных выгружаем продукты на стол, после чего Валентина Алексеевна все до копейки заносит в специальный дневник, который есть у каждого подопечного. Здесь же указывает, что сделано и на какую сумму.

Кстати, количество и список услуг заранее оговариваются в договоре, который заключается с каждым подопечным центром. Да и чтобы попасть в их число, одного желания мало — социальные работники сначала проводят обследование. Чтобы к вам на дом приходили соцработники, нужно быть одиноким и немощным и подтвердить это целым пакетом документов из ЖЭУ, поликлиники и прочих инстанций. После чего по среднедушевым доходам определяется, каким образом вам будут оказывать услуги — бесплатно малообеспеченным и ветеранам войны. За половину стоимости или полностью платно, если доходы превышают ПМ.

Каждая оказанная услуга стоит денег в соответствии с Перечнем гарантированных государством социальных услуг. Например, самые распространенные — покупка и доставка продуктов на дом — 6 рублей за один раз, промышленных товаров — 6р, лекарств — 10р, оплата услуг ЖКХ — 13р. Также по списку можно заказать «легкую» уборку квартиры (пыль вытереть, пропылесосить пол) — 15р, вызов юриста — 20 рублей, помощь в приготовление еды — 22р.

Услуга «поговорить по душам» сюда не входит, но, как мне объяснили в АНО СО «Вера», подразумевается по умолчанию. Более того — старикам, которые месяцами не выходят из дома, хочется обсудить и новости, услышанные по телевизору, и получить разъяснения по законодательным новшествам. Все это — прямая обязанность соцработника.

Гарантированный список услуг состоит из 25 пунктов, но есть еще один — дополнительный, по которому все услуги оказываются за деньги, независимо от уровня доходов. В него, например, входит вынос мусора — от 2 до 7р, доставка прессы — 10р, приготовление обеда — 40р, написание письма — 10р./час, штопка белья — 20р./час, стирка на руках — 100р./час. За 2 рубля помоют каждый квадратный метр пола, за 20 — почистят плиту, за 40 — унитаз. Самой дорогой услугой по этому списку является праздничное поздравление с тремя участниками — 250 рублей. «Но ни разу на моей памяти никто такое не заказывал», — говорит Валентина Алексеевна.

Кроме того, из 10 подопечных у нее всего двое более-менее обеспеченных пользуются услугами по дополнительному списку, в их числе — ветеран войны. У него умерла жена, а сам он делать ничего не может. Бряк ему и стирает, и готовит, и моет, в итоге каждый месяц дедушка платит социальному работнику 500 рублей (плюс масса услуг из гарантированных, которые он получает бесплатно).

Социальная домработница

За час, проведенный у Губкиных, мы успели обсудить сложное обеспечение бесплатными лекарствами инвалидов, а Валентина Алексеевна по телефону приняла заказ на продукты у еще одной своей подопечной — Анжелики Ташкеевой. После чего мы вновь отправились сначала в аптеку и опять на рынок!

Список внушительный, а в поисках рыбных брикетов без косточек для кота мы обошли весь рынок, а квас в жестяной баночке найти так и не получилось, зато потратили на это целый час времени. Вновь с двумя тяжелыми сумками отправляемся к Анжелике в 5 микрорайон. Эта 37-летняя красивая женщина ослепла перед родами — своего 11-летнего сына Тимура она ни разу не видела. Есть у нее муж, но он много работает, и ухаживать за женой не может. По закону услуги соцработника Анжелике не положены — не одинока. Но в данном случае заключен тройственный договор мужа с социальной организацией, поэтому за все услуги также расплачивается он, но уже по себестоимости.

Например, все та же доставка продуктов ему обходится не в 6 рублей, а в 30. «Согласитесь, для сильно занятых или далеко живущих родственников это в любом случае дешевле, чем нанимать домработницу», — замечает Бряк.

Спустя 5 часов «оказания добрых услуг», я грустно разглядываю свою обувь и штанины джинсов — на них вся осенняя грязь тюменских микрорайонов. Ноги начинают гудеть — я совершенно непредусмотрительно все это время путешествовала на каблуках. Валентина Алексеевна тянет меня по новому адресу, но я начинаю прощаться. Узнав о моих замешательствах, моя спутница смеется: «Сегодня еще что! Бывает, приходится через весь город по нескольку раз в день ездить в поликлиники и аптеки. Или пакет документов для подопечных собирать. Вот тогда действительно бывает очень тяжело».